Владимир Познер: «Слухи о том, что я покидаю Россию навсегда, – полный бред»
В декабре 1985 года Советский Союз припал к экранам телевизоров. Там показывали настоящих американцев – из далекого американского города Сиэтла, они задавали вопросы настоящим советским жителям Ленинграда, а ленинградцы спрашивали о жизни в Америке. Телемосты с ведущими Владимиром Познером и Филом Донахью стали не только телевизионной сенсацией – они стали реальным воплощением «перестройки» и «гласности» и возможностью для советских граждан и американцев посмотреть друг другу в глаза.
Телемосты также положили начало дружбе между Познером и Донахью. Теперь они не только встречаются каждый год на различных форумах и круглых столах и навещают друг друга в России и в США – они дружат семьями и даже иногда проводят вместе отпуск. В Вашингтоне, в посольстве Финляндии, состоялся круглый стол в рамках форума имени Сары Кэри, организованный Фондом «Евразия» (Eurasia Foundation) и посвященный российско-американскому сотрудничеству. Познер и Донахью приняли участие в дискуссии.
«Здесь у нас, в США, медиа, которые спонсируются корпорациями, и они не очень хотят слушать тех, кто выбивается из общей линии. У нас, у журналистов, есть внутренняя цензура…»
Фил Донахью.
«Мы должны сотрудничать больше, чем мы делаем это сейчас, – сказал Фил Донахью в интервью «Голосу Америки». – Я считаю, что США интересуют россиян больше, чем Россия американцев. И когда «русский медведь» исчез, то есть «холодная война» закончилась, мне кажется, американцы потеряли из поля зрения то, что Россия может внести огромный вклад в важные мировые процессы. Вместе мы, два титана, в результате нашего сотрудничества, – мы вообще можем изменить мир!»
Your browser doesn’t support HTML5
Познер и Донахью снова вместе
«Сегодня российско-американские отношения минимальны, – сообщил Владимир Познер «Голосу Америки». – Сегодня в России очень серьезные антиамериканские взгляды, причем у простых людей, а не у правительства. В Америке вообще нет интереса, по их мнению, это страна третьеразрядная. Вот Китай – другое дело. И очень жаль, потому что, учитывая, что этот век, безусловно, будет веком Азии, в этом есть определенная угроза. Я полагаю, что партнерство между США и Россией – это та самая сила, которая могла бы чуть-чуть притормозить это развитие. Мне жаль, что пока что, на мой взгляд, не видно понимания этого положения. Я надеюсь, что во время своего второго срока президент Обама более смело пойдет на сближение с Россией».
Оба журналиста сохраняют самые теплые воспоминания о работе над своим советско-американским телепроектом.
Фил Донахью и Владимир Познер
«В апреле 1985 года Горбачев пришел к власти, и мы организовали жителей Сиэтла в штате Вашингтон и жителей Ленинграда для участия в этом телемосте, я из Сиэтла, Владимир из Ленинграда вели передачу, – рассказал Фил Донахью. – Я раньше слышал о Владимире, он выступал по телевидению. Тогда было очень много подозрений относительно СССР, сомнения в том, можем ли мы им верить. И я провел свое собственное небольшое расследование про этого Познера – русского, который совсем не звучит как русский. Я позвонил Теду Копплу, очень уважаемому журналисту. И тот сказал: «Он мне нравится». И тогда я смог расслабиться и понял, что мною не будут манипулировать. И так началась очень важная глава в моей жизни».
«Вся страна смотрела эти телемосты, – вспоминает Владимир Познер. – В США их видели только около 8 миллионов. В России – под 200 миллионов. Потом я получил 77 тысяч писем. В этих письмах были две мысли. Одна такая: «Товарищ Познер, где вы нашли тех идиотов, которые были в вашей студии. Если бы меня пригласили..!» И еще одна была мысль: «Я увидел свое лицо, и оно мне не понравилось». То есть люди осознали, что если американцы были совершенно свободны, открыты в том, что они говорили – советские люди говорили не совсем свободно. И это был первый настоящий пример гласности в СССР, который сыграл очень большую роль».
Корреспондент «Голоса Америки» спросила Фила Донахью, чтобы он сделал по-другому сегодня, если сегодня запускался бы подобный проект.
«Если бы сегодня мы запускали такую передачу – я бы вел себя более скромно, – признался американский журналист. – Тогда я думал, что живу в стране, где есть свобода слова, а там, в СССР, свободы слова нет. Но здесь у нас, в США, медиа, которые спонсируются корпорациями, и они не очень хотят слушать тех, кто выбивается из общей линии. У нас, у журналистов, есть внутренняя цензура. Крупные корпорации хотят сохранять статус-кво. И если ты начинаешь что-то особенно критиковать – на тебя смотрят с осуждением».
На вопрос «Голоса Америки» о современной России, Владимир Познер ответил, что современная Россия – это общество, которое быстро развивается, и о том, каким оно будет – сказать трудно. Но есть вещи, которые российскому журналисту в России сильно не нравятся.
«Меня сильно не устраивает растущее влияние Русской православной церкви, ну, много чего не устраивает, – сказал он. – Но, в общем и целом, есть движение. Не узнать сегодня Россию, если посмотреть на то, чем она была 20 лет назад. И, в общем, это обходится без особого кровопролития. Но еще вырастет наверно два-три поколения, прежде чем Россия сможет стать демократической страной в западном смысле этого слова».
Российский журналист и телеведущий полностью отверг сообщения, появившиеся в российских СМИ, о том, что он покидает Россию навсегда и что его передача на Первом канале закрывается.
«Да бред это! – прореагировал он на вопрос «Голоса Америки». – Интернет-служба какая-то, которая называется Fognews, пустила слухи, что 11 ноября состоится моя последняя программа и что я уезжаю навсегда во Францию. И еще они дали большую цитату, которая мне не принадлежит, это придумано от начала до конца. И это пошло гулять, мне звонили из New York Times и из Figaro и миллион наших российских источников. Я всем говорю: неужели вы думаете, что если бы это было правдой, я пошел бы говорить об этом с FogNews и больше ни с кем? Это полнейшее идиотство».