НЬЮ-ЙОРК - Чопорные, суровые, консервативные, напряженные, аскетичные... Подходящие эпитеты можно подбирать еще долго. Запечатленная на картине «Американская готика» каноническая пара фермеров, жителей Среднего Запада, уже давно стала всемирным символом Americana.
Знаковая картина художника Гранта Вуда совершила в эти дни редкое для нее путешествие из Художественного института Чикаго (The Art Institute of Chicago), где она является гордостью постоянной экспозиции, в Нью-Йорк, в Музей американского искусства Уитни (Whitney Museum of American Art).
Вместе с ней на выставку «Грант Вуд: Американская готика и другие истории» (Grant Wood: American Gothic and Other Fables) прибыли несколько десятков других работ Вуда, правда, не из Чикаго, а преимущественно из Сидар-Рапидс, второго по величине города штата Айова, где он жил много лет.
Это первая выставка работ Гранта Вуда в Нью-Йорке с 1983 года и только третья за пределами штатов Среднего Запада с 1935 года.
«Существует устойчивое заблуждение, что Грант Вуд – мастер одной картины, что он больше ничего достойного не сделал, - сказала на пресс-превью главный куратор выставки Барбара Хаскелл (Barbara Haskell). Это не так, и данная экспозиция уверенно этот тезис опровергает».
Вилы консерватизма
Закончив «Американскую готику» в 1930 году, Вуд представил ее на ежегодную выставку-конкурс живописи и скульптуры в Художественный институт Чикаго. Там она стала сенсацией, заняла третье место, и ее автору вручили чек на 300 долларов (для того времени это была значительная сумма).
Это своего рода парадный портрет фермера средних лет и его спутницы, несколько его моложе. Одетые явно в лучшую свою одежду, в которой они, вероятно, ходили на воскресную службу в церковь, они застыли в напряженной, статичной позе на фоне дома с мезонином. Окно мезонина, выполненное в стиле неоготики, видимо, и дало название картине.
«Стоун-Сити». 1930. Photo: Oleg Sulkin
Несмотря на яркую палитру, картина будто излучает отчуждение и одиночество. Хотя фермер и его спутница стоят рядом, между ними не ощущается никакой «химии». Более того, от мужчины исходит несколько приглушенное ощущение угрозы, и крепко зажатые в руке вилы существенно усиливают этот нарратив. Мужчина смотрит пристально в глаза зрителю картины. Взгляд женщины несколько рассеян. И этот взгляд, несколько опасливый, и почтительная поза женщины, чуть отступившей назад, намекают на ее второстепенный статус в этом альянсе.
Кстати, до сих пор не решен спор: кто эта женщина? Согласно одной версии, она – жена фермера, согласно другой – дочь. В качесте моделей Вуду позировали его дантист Байрон Маккиби и сестра художника Нэн. Кстати, она очень обижалась, когда женщину на картине называли женой фермера, а не его дочерью.
Отвечая на вопрос корреспондента Русской службы «Голоса Америки» о предположительной религиозной принадлежности героев картины, Барбара Хаскелл сказала: «Они, безусловно, глубоко верующие люди, но об остальном нам приходится только догадываться. Евангелисты? Возможно».
Восхваление или сатира?
Картину считают иконой американского массового сознания и символом американского национального характера. Вместе с тем с 30-х годов не утихает спор относительно позитивного и негативного прочтения ее мессиджа.
Американская писательница и теоретик искусства Гертруда Стайн считала эти образы сатирой. «Всем нужно опасаться Гранта Вуда, - говорила она, - Каждый художник и каждая школа искусства должны бояться его, его разрушительной сатиры».
О культовом статусе «Американской готики» говорит и то, что ее множество раз пародировали, - от журнала «Тайм» до мультсериала «Симпсоны».
Сам же Вуд проявлял двойственное отношение к своей самой знаменитой картине. Как отметила Хаскелл, иногда он признавал легкую насмешливость и ироничность двойного портрета, но чаще настаивал на том, что главные свойства этой пуританской пары – трудолюбие и самодостаточность настоящих американцев, ценящих свободу, достоинство личности и готовых защитить свой высокоморальный уклад жизни.
Как бы то ни было, небольшая по формату живописная работа сделала из Гранта Вуда популярную, почти мистическую фигуру лидера регионализма – движения изобразительного искусства, доминировавшего в США в годы Великой Депрессии.
Художник в комбинезоне
Грант Вуд родился в маленьком фермерском поселке в Айове в 1891 году. Как рассказала Барбара Хаскелл, он был кротким, пухлым и близоруким мальчиком, который большую часть времени проводил за рисованием.
«Собственно, он олицетворял все то, что так не любил его консервативный отец-квакер, - заметила куратор. – Даже когда отец умер и мать с семьей переехала в Сидар-Рапидс, он остался нелюдимым одиночкой, над которым насмехались одноклассники. Его застенчивость и замкнутость усилил тщательно скрываемый от всех гомосексуализм».
Вуд учился в Школе искусств Чикагского университета, занимался изготовлением ювелирных изделий из серебра и предметов быта в Миннеаполисе и Парк-Ридже, пригороде Чикаго. Так, в первом зале выставки можно увидеть оригинальную люстру его дизайна, в которой главным декоративным элементом служат муляжи кукурузных початков.
«Американская готика» (1930). Photo: Oleg Sulkin
Но большого коммерческого успеха эти попытки не принесли, и в 1916 году он вернулся в Сидар-Рапидс. Вуд стал позиционировать себя как «фермер-художник», запечатлевающий жизнь трудового народа Среднего Запада. Для поддержания «регионального» имиджа он охотно позировал фотографам в рабочем комбинезоне.
Но при этом Вуд не чурался больших художественных впечатлений. Побывал в Европе четыре раза, в общей сложности провел там 23 месяца, изучая искусство, классическое и современное. Его первая любовь – французские импрессионисты и постимпрессионисты. Первые два десятилетия карьеры он им откровенно подражал.
Позднее он взял на вооружение графические, колористические и и композиционные принципы живописи таких великих мастеров раннего итальянского Возрождения, как Джотто и Фра Анджелико, и более поздних гениев северного Возрождения Дюрера и Мемлинга.
Вуд преподавал живопись в Школе искусств Айовского университета с 1934 по 1941. Он курировал проекты настенных росписей, консультировал студентов, одновременно продолжая создавать собственные произведения. 12 февраля 1942, за два часа до своего 51-летия, Вуд скончался в университетском госпитале от рака поджелудочной железы.
Честный мальчик Джордж
Одна из известных его работ, «Дочери революции» (1932), в гораздо большей степени, чем «Американская готика», имеет сатирический подтекст. Три пожилые дамы, не блещущие красотой,воинственно, насмешливо и несколько снисходительно взирают с полотна.
Другая важная работа Вуда – «Басня Парсона Вимса» (1939) изображает крупную фигуру самого Вимса, историка-популяризатора начала 19-го века, который, словно в театре, многозначительно открывает занавес. Вуд буквально иллюстрирует известную басню Вимса о том, как юный Джордж Вашингтон, случайно сломавший во время игр со сверстниками вишневое дерево, признался в этом своему отцу, и тот его простил, поощрив тем самым его честность. Любопытно, что мальчику Джорджу художник «приставил» лицо взрослого Вашингтона с известного портрета работы Гилберта Стюарта, знакомого нам по однодолларовой купюре.
Вообще, в этой картине налицо главные элементы видения зрелого Вуда – ренессансная перспектива, круглящиеся природные формы, любовь к чистым, когда насыщенным, когда блеклым краскам, театрализованность, декоративность изображения.
«Сегодня ясно, что магическая сила его картин, - отметила Барбара Хаскелл, - проистекает из завораживающей психологической двусмысленности архетипов Среднего Запада. В них царят какая-то неестественная тишина, внутренняя зловещая напряженность».
На многих его живописных полотнах изображены холмистые ландшафты, возделанные пашни и сады, леса и перелески, церкви с острыми шпилями, буколические, уютные домики, мирно пасущиеся домашние животные. Детали тщательно прописаны, художник явно увлечен геометрической округлостью форм, завораживающей повторяемостью отдельных структурных элементов. Это неожиданно сближает реалистическую эстетику Вуда с метафизическим сюрреализмом де Кирико и Магритта.
В экспозиции также широко представлены работы Вуда в монументальных формах. Он очень любил, как и другой видный «регионалист» и соратник Томас Бентон, изображать людей труда за работой и в минуты отдыха. На одной из жанровых картин мы видим группу сельскохозяйственных рабочих за трапезой, и в композиции ее ощутима перекличка с росписью Леонардо «Тайная вечеря».
Эти же принципы «воспевания» каждодневного трудового подвига простых американцев ощутимы в двух его больших настенных росписях в штатном университете Айовы в Эймсе. В экспозиции представлена видеопроекция росписей.
Выставка открылась в пятницу, 2 марта, и продлится до 10 июня.