Редко какой политик в сегодняшней Америке окружен таким ореолом разноречивых версий и слухов, как Стив Бэннон (Steve Bannon). Бывший главный стратег Белого дома, которого называют одним из ведущих идеологов консервативного популизма в мире, он неизменно привлекает внимание масс медиа и после того, как в августе 2017 года покинул администрацию Трампа.
В пятницу 29 марта дистрибюторская компания Magnolia Pictures выпускает на экраны Нью-Йорка, Лос-Анджелеса и Вашингтона новую документальную ленту «На краю» (The Brink), главным героем которой стал Стив Бэннон. Режиссер фильма Элисон Клейман получила беспрецедентный доступ к политику, которого наблюдатели считали ключевой фигурой администрации Трампа, во многом обеспечившей его победу на выборах 2016 года. Мировая премьера фильма прошла на кинофестивале Сандэнс.
Фильм начинается в тот момент, как Бэннон ушел из Белого дома на волне драматических событий в Шарлотсвилле. Лишившись важного поста, Бэннон, который, по слухам, сохранил прямой контакт с администрацией Трампа, всю свою кипучую энергию направил на консолидацию правых движений в США и за рубежом. Камера Элисон Клейман фиксирует усилия Бэннона по укреплению позиций неоконсерваторов, активно готовящихся к парламентским выборам в Европе в мае этого года.
«На краю». Кадр из фильма
Элисон Клейман (Alison Klayman) родилась в Филадельфии в 1984 году. В 2006 году окончила Браунский университет по специальности «история». Работала журналистом в Китае, в том числе и для «Голоса Америки». В 2012 году сняла дебютный документальный фильм «Ай Вэйвэй: никогда ни о чем не жалею» (Ai Weiwei: Never Sorry) о выдающемся китайском художнике и диссиденте Ай Вэйвэе. В 2015 году сделала фильм-портрет «Выставка в честь столетия» (The 100 Years Show) о старейшей художнице абстрактного направления Кармен Эррера. В прошлом году вышел ее фильм-исследование «Примите ваши таблетки» (Take Your Pills) об угрозе общественному здоровью, которую представляет доступность сильнодействующих рецептурных лекарств.
Корреспондент Русской службы «Голоса Америки» поговорил с режиссером фильма Элисон Клейман по телефону.
Олег Сулькин: Элисон, чем вас заинтересовала фигура Стива Бэннона?
Элисон Клейман: Мне захотелось сделать фильм в стиле синема-верите, воспользовавшись редким шансом – прямым доступом к Стиву Бэннону. Он сегодня ключевой человек, формулирующий программу для крайне правых партий во всем мире. Его близость к Трампу, широкий круг контактов в самых разных сферах политической и общественной жизни, заставляют относиться к нему с повышенным вниманием. Я ожидала, что он раскроется в ходе длительной съемки, и мы узнаем больше о нем как о личности.
О.С.: Трудно представить, что Бэннон с порога стал вам доверять. Мне он кажется достаточно осторожным и даже подозрительным человеком, особенно по отношению к людям с кинокамерой. Должно было быть что-то важное, что вы ему сказали и что растопило лед недоверия...
Э.К.: Все проще. Продюсер нашего фильма Мари-Терез Гиргис (Marie Therese Guirgis) была с ним знакома. В начале 2000-х Бэннон три года был ее боссом в артхаусной кинопрокатной компании Wellspring (в числе прочих, она выпустила в США «Русский ковчег» Александра Сокурова. – О.С.). Они хорошо ладили, хотя ее леволиберальная позиция заметно отличалась от его взглядов. Не думаю, что он согласился бы сниматься, если бы я обратилась к нему без Мари-Терез. Она дала Бэннону понять, что это не будет сплошной позитив о нем, но мы заверили его, что это будет честный фильм. Моя каждодневная мантра во время съемок: пусть он меня недооценивает, но я не буду его недооценивать. Причин, почему он согласился, может быть несколько, но, полагаю, он не очень понимал, каким именно получится фильм.
О.С.: Сыграло ли роль его самолюбие, желание покрасоваться на экране?
Э.К.: Думаю, что да. Бэннон вообще рассматривает историю как площадку, на которой проявляют себя сильные лидеры. Он и себя считает такой незаурядной личностью, определяющей ход истории. Он также хорошо разбирается в механизмах массовых коммуникаций, знает, как выстраивать отношения с прессой. В фильме он повторяет мысль Трампа, что плохой прессы не бывает. Бэннон утверждает, что любое высказывание, любая статья, любой фильм работает либо на кого-то, либо против кого-то. Думаю, он согласился сниматься, потому что считал, что наш фильм будет работать на него. Я с ним несогласна, я считаю, что существует объективная журналистика, объективная документалистика.
О.С.: Когда Бэннон покинул Белый дом, многие посчитали это концом его политической карьеры. Но вы показываете его нынешнюю бурную деятельность в Европе, где он стремится создать коалицию правых сил и где ему горячо аплодируют консерваторы всех мастей. Возможно ли, на ваш взгляд, его успешное возвращение в большую политику?
Э.К.: Бэннон несколько раз «изобретал» себя нового. Но во всех своих обличьях он остается оппортунистом. Он пытался утвердить свою повестку, когда работал в администрации США. Он стремился доказать свою значимость в Белом доме не просто как человек, близкий к Трампу, а как носитель самостоятельных идей и концепций. Он и сейчас не сдается. Он упорен. Мне трудно отделить разумное в его высказываниях от бессмысленной риторики. Он много работает, чтобы укрепить свой авторитет в Европе, Латинской Америке и Азии. Конечно, его активность впрямую зависит от людей, которые его финансируют. Прекратится финансирование, и он тут же сойдет на нет.
О.С.: Политический ландшафт сегодня меняется стремительно. Как в этих условиях снимать документальное кино? Является ли ваш фильм «мгновенной фотографией» уже ушедшего времени? Как вы думаете, сохранит ли он ценность в будущем как документ эпохи?
Э.К.: Наш фильм снимался не три дня и не тридцать лет. Съемки заняли примерно полтора года. Я в прошлом журналист, но здесь я выступаю как документалист. Скажем, меня не волновало сохранение хороших отношений с нашим героем, что обычно волнует журналистов, которые из-за этого идут на уступки. Я уверена, что моя точка зрения ощутима в фильме. Все важно, во всем проявляется выбор, начиная с того, где именно установить камеру. Для меня главная тема фильма – отношения ультраправых политиков с масс медиа и их попытки манипулирования прессой, чтобы обратить в свою веру как можно больше людей. Я могла бы сконцентрироваться на чем-то другом, на его отношениях с Трампом или его личной жизни, но выбрала то, что мне интересней.
О.С.: Некоторые выразительные детали его личности вы успели заметить, например, его забавную привычку носить по две рубашки, одна на другой.
Э.К.: Да, и его фразу «как роза между двух шипов». Он ее любит произносить, когда с кем-то фотографируется.